Высоцкий В.С. — Ещё бы не бояться мне полётов

AmЕE7щё бы - не бояться мне поAmлётов,
КогAда начальник мой, Е.Б. ИDmзотов,
ЖаGлея вроде, колет как игE7ла:
Am«Эх,- говорит,- бедняга!
У Dmних и то в Чикаго
Три дE7ня назад авария быAmла!..»

	ХоAmтя бы сплюнул: всё же люди - бDmратья,
	И Gмы вдвоём и не под кумаE7чом,-
	Но зAmнает, чёрт, и так для предприDmятья
	Я - E7хоть куда, хоть как и хоть на Amчём!

	Мне не стDmрашно: я навесеAmле,-
	Чтоб по тDmрапу пройти не моргAmнув,
	ТрениDmруюсь, уже на земAmле
	Туго-E7натуго пояс стяAmнув.

Но, слава богу, я не вылетаю -
В аэропорте время коротаю,
Ещё с одним таким же - побратим,-
Мы пьём седьмую за день
За то, что все мы сядем,
И может быть - туда, куда летим.

	Пусть в ресторане не дают навынос,
	Там радио молчит - там благодать,-
	Вбежит швейцар и рявкнет: «Кто на Вильнюс!..
	Спокойно продолжайте выпивать!»

	Мне летать - острый нож и петля:
	Ни поесть, ни распить, ни курнуть,
	И к тому ж - безопасности для -
	Должен я сам себя пристегнуть!

У автомата - в нём ума палата -
Стою я, улыбаюсь глуповато:
Он мне такое выдал автомат!..
Невероятно, - в Ейске -
Почти по-европейски:
Свобода слова, - если это мат.

	Мой умный друг к полудню стал ломаться -
	Уже наряд милиции зовут:
	Он гнул винты у «ИЛа-18»
	И требовал немедля парашют.

	Я приятеля стал вразумлять:
	«Паша, Пашенька, Паша, Пашут!
	Если нам по чуть-чуть добавлять,
	Так на кой тебе шут парашют!..»

Он объяснил - такие врать не станут:
Летел он раз, ремнями не затянут,
Вдруг - взрыв! Но он был к этому готов:
И тут нашёл лазейку -
Расправил телогрейку
И приземлился в клумбу от цветов…

	Мы от его рассказа обалдели!
	А здесь всё переносят - и не зря -
	Все рейсы за последние недели
	Уже на - тридцать третье декабря.

	Я напрасно верчусь на пупе,
	Я напрасно волнуюсь вообще:
	Если в воздухе будет ЧП -
	Приземлюсь на китайском плаще!

Но, смутно беспокойство ощущая,
Припоминаю: вышел без плаща я,-
Ну что ж ты натворила, Кать, а Кать!
Вот только две соседки -
С едой всучили сетки,
А сетки воздух будут пропускать…

	Прослушал объявленье я, но я бы
	Уже не встал - теперь не подымай!
	Вдруг слышу: «Пассажиры на ноябрь!
	Ваш вылет переносится на май!»

	Зря я дергаюсь: Ейск не Бейрут,-
	Пассажиры покорней ягнят,
	Террористов на рейс не берут,
	Неполадки к весне устранят.

Считайте меня полным идиотом,
Но я б и там летал Аэрофлотом:
У них - гуд бай - и в небо, хошь не хошь.
А здесь - сиди и грейся:
Всегда задержка рейса,-
Хоть день, а все же лишний проживешь!

	Мы взяли пунш и кожу индюка - бр-р!
	Снуем теперь до ветру в темноту:
	Удобства - во дворе, хотя - декабрь,
	И Новый год - летит себе на «ТУ».

	Друг мой честью клянется спьяна,
	Что он всех, если надо, сместит.
	«Как же так, - говорит, - вся страна
	Никогда никуда не летит!..»

…А в это время гдей-то в Красноярске,
На кафеле рассевшись по-татарски,
О промедленье вовсе не скорбя,
Проводит сутки третьи
С шампанским в туалете
Сам Новый год - и пьет сам за себя!

	Помешивая воблою в бокале,
	Чтоб вышел газ - от газа он блюет, -
	Сидит себе на аэровокзале
	И ждёт, когда наступит новый год.

	Но в Хабаровске рейс отменён -
	Там надежно засел самолёт, -
	Потому-то и новых времён
	В нашем городе не настаёт!

1979